Нa бывшeгo сoбствeнникa дoмa-пaмятникa нa Интeрнaциoнaльнoй, 150 Никoлaя Гусaрa зaвeдeнo угoлoвнoe дeлo. Пeрспeктивa нaпрaвлeния в суд eсть, считaeт зaмпрoкурoрa Бaрнaулa Андрей Аксенов, сообщает altapress.ru.

Кто помог прокуратуре

Жалобы на то, как Николай Гусар ремонтировал дом на Интернациональной, 150 в крайохранкультуру направлял житель соседнего дома Сергей Устюгов. Он сокрушается, что историческая улица Барнаула исчезает. Он с гордостью рассказывает, что ему удалось спасти памятник архитектуры. Мужчина несколько лет вел переписку с крайохранкультурой, в результате которой, считает он, против реставратора возбуждено уголовное дело.

За что дело?

Дело на Николая Гусара завели из-за того, что он снес аварийные деревянные сени и пристроил к дому другие, из красного кирпича. Гусар пояснил, что сделал это согласно проекту противоаварийных работ Екатерины Шаповаленко, архитектора-реставратора I категории «Архитектурно-реставрационной мастерской».

«В нем сказано: выполнить сени из негорючего материала, — говорит Николай Гусар. — А что такое негорючий материал? Это кирпич. Я нашел специальный, максимально близкий по размерам к историческому, в том числе фигурный для узора».

Он заменил все окна на пластиковые, покрытые коричневой пленкой, чтобы они не портили вид фасада. Еще залил под дом фундамент, заменил канализацию и газопровод, поставил котлы, заасфальтировал отмостку и сделал отвод воды с участка, чтобы сооружение не подмывало. На месте пристройки к памятнику культуры, которую в советское время соорудили из строительного хлама ради нескольких «квадратов» жилой площади, Гусар построил гараж.

Каким был дом на Интернациональной, 150

Строитель рассказывает свою историю с обидой: в доме проживали старики и некоторые еще топили печи, а он дал им возможность поселиться в благоустроенных квартирах. Само строение было в аварийном состоянии. Деревянная пристройка-сени без фундамента сгнила и почти отвалилась от основного каркаса. Стены много лет подмывала вода с крыши соседа, поэтому местами кирпич раскрошился и вывалился.

«Внутри сырость, вонь от забитой канализации, вентиляции нет, газ кое-как проведен. Как они не взорвались?» — рассказал мужчина.

Дом с землей обошелся ему примерно в 7,5 млн рублей. Еще около 700 тысяч рублей потрачено на документы. Часть денег — на проект зон охраны и экспертизу, которую проводят лицензированные специалисты (каждому по 50 тысяч рублей).

«Пусть бы он (дом) догнивал! Если бы я знал, во что мне обойдется это наследие, ни за что бы за него не взялся, — говорит Гусар. — Какое историческое наследие я разрушил? Эти гнилые стены?»

Он планировал очистить исторический кирпич фасада от копоти — не стал, потому что начались проверки, предписания, штрафы со стороны крайохранкультуры, а потом и прокуратуры. Уголовное, а не административное дело возбуждено, потому что ущерб памятнику архитектуры нанесен на 600 тысяч рублей. Гусар не понимает, почему именно такая сумма — сметы он не видел.

Оставьте все как есть

Екатерина Шаповаленко,
архитектора-реставратора I категории «Архитектурно-реставрационной мастерской:

«На дом на улице Интернациональной, 150 подготовлен проект зон охраны и устранения аварийной ситуации. Мы не стали готовить проект реставрации, так как это потребовало бы от собственника еще больших затрат на историко-культурную экспертизу.

Дом был деревянный, но обложенный кирпичом. Он довольно хорошо сохранился; может, потому что строили добросовестно, может, просто воздух был другим. Пристроенные сени тогда возводили из дерева без фундамента, поэтому они находились в аварийном состоянии.

Мы спорили с заказчиком о том, что сени должны быть деревянными, потому что они являются предметом охраны культурного наследия. Соответствующие рекомендации были и в подготовленном проекте, но он выложил их из кирпича.

Конечно, это неправильно. Но дом сохранен. Я не знаю, почему вокруг объекта поднялось столько шума. Что у нас в городе нет дел поважнее, чем этот памятник? И что должно произойти в итоге — суд обяжет разобрать каменные сени? Любое подобное вмешательство не пойдет на пользу столетнему зданию — памятнику архитектуры. Пусть все остается как есть.

К сожалению, охрана памятников устроена так, что пока они разваливаются, собственники никому не интересны. Максимум они получат предписание восстановить здание. Но как только человек берется за дело, появляется масса поводов для порицания и даже наказания, в том числе и для уголовного дела».